Форум Геннадия Бордукова

    Античная история и нумизматика.

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



    Аркадия.

    Сообщений 1 страница 20 из 54

    1

    I
    Аркадия как срединная земля Пелопоннеса; пограничные с нею области. Пеласг
    1. Часть Аркадии, граничащей с Арголидой, заселяют тегеаты и мантинейцы. Они вместе с остальными аркадянами занимают серединные земли Пелопоннеса. Со стороны Истма первыми живут коринфяне; соседями коринфян со стороны моря являются жители Эпидавра; за Эпидавром, Трезеном и Гермионом находится Арголийский залив и приморская часть Арголиды. К этой области примыкают лакедемонские периэки, а пограничной с ними является Мессения. Она доходит до моря в области Мофоны, Пилоса и Кипариссий. Со стороны Лехея область коринфян соприкасается с землей сикионцев, которые живут здесь, составляя крайнюю часть Арголиды; а за Сикионом, начиная отсюда, вдоль по берегу моря живут ахейцы. Другую сторону Пелопоннеса, ту, которая лежит против Эхинадских островов, населяют элейцы. Границами Элиды по направлению к Олимпии и устью Алфея... по отношению к Мессении, со стороны же Ахайи она граничит с Димами. Все вышеупомянутые племена соприкасаются с морем; аркадяне же живут посреди них, совершенно отрезанные от моря; поэтому и Гомер говорит о них (Илиада, II, 610), что они прибыли под Трою, взяв корабли у Агамемнона, так как своих они не имели.
    2. В сказаниях аркадян говорится, что Пеласг был первым человеком, который жил в этой земле. Но на основании этого рассказа можно заключить, что вместе с Пеласгом жили и другие и что не один только Пеласг жил здесь, так как в противном случае над кем же из людей властвовал бы тогда Пеласг? Ростом, силой и красотой Пеласг выдавался среди всех и разбираться во всех вопросах он мог лучше всех других; за это, мне кажется, и был он выбран царем над ними. Поэт Асий вот что сказал о нем:
    «Богоподобный Пеласг на горах высоколесистых
    Черной землею рожден, да живет здесь племя людское.»
    Именно Пеласг, став царем, придумал строить хижины (халупы), чтобы люди не мерзли и не мокли под дождем, а с другой стороны, не страдали от жары; точно так же он изобрел и накидки (хитоны) из шкур овец: в таком одеянии еще и до сих пор ходит бедный люд в Фокиде и в Эвбее. Кроме того, Пеласг отучил людей от употребления в пищу зеленых листьев деревьев, травы и кореньев, не только не съедобных, но иногда даже и ядовитых; взамен этого в пищу он дал им плоды дубов, именно те, которые мы называем жолудями. Такой образ жизни и род питания некоторые сохранили в течение долгого времени после Пеласга, так что и Пифия, отговаривая лакедемонян от вторжения в земли Аркадии, произнесла следующие стихи:
    «Много в Аркадии мужей - им пищею желуди служат;
    Эти не пустят тебя; от меня ж тебе нет запрещенья.»
    Говорят, что в царствование Пеласга этой стране и имя было Пеласгия.

    0

    2

    II
    Ликаон и празднества в честь Зевса Ликейского; их древность; обращение людей в богов и в зверей. Смешивание правды и лжи
    1. Ликаон, сын Пеласга, оказался еще более мудрым, чем его отец, в выполнении новых планов. На горе Ликее он выстроил город Ликосуру, Зевсу дал эпитет Ликейского (1) и учредил Ликейские игры. Я поддерживаю мнение, что Панафинеи были учреждены позже Ликейских игр. Этому празднику прежде было имя Афинеи. Панафинеями же (всеафинским праздником), говорят, они стали называться при Фесее, потому что они были отпразднованы всеми афинянами, объединившимися в один город. Что касается состязания в Олимпии, то оно вне пределов моего рассказа; ведь его относят к эпохе, предшествующей человеческому роду, передавая сказание, что там состязались в борьбе Кронос и Зевс и что первыми состязались в беге Куреты. Лично я думаю, что афинский царь Кекропс и Ликаон жили в одно время, но в вопросах религии они были не одинаково мудры. Кекропс первый назвал Зевса Верховным и решил не приносить ему в жертву ничего, что имеет душу, сжигая на его алтаре в виде жертвы местные лепешки, которые и до нашего времени афиняне называют пеланами. Наоборот, Ликаон на алтарь Зевса Ликейского принес человеческого младенца, зарезал его в качестве жертвы и окропил его кровью алтарь. Говорят, что сейчас же после этой жертвы он из человека был обращен в волка. Этот рассказ внушает мне доверие: сказание это издавна сохраняется у аркадян, и самая вероятность говорит в его пользу.
    2. Ведь люди того времени за свою справедливость и благочестие были гостями и сотрапезниками богов, и милость со стороны богов проявлялась столь же явно по отношению к ним, если они были людьми хорошими, как и по отношению к совершившим преступление - их гнев, так как ведь боги, которых чтут еще и сейчас, были возведены в это достоинство из числа людей, например, Аристей и критская Бритомартис, Геракл, сын Алкмены, и Амфиарай, сын Оиклеев, а сверх этого, Полидевк и Кастор. Поэтому можно было бы поверить, что и Ликаон обратился в дикое животное и Ниоба, дочь Тантала, стала камнем. В настоящее же время, когда зло возросло до таких огромных размеров и распространилось по всей земле, по всем городам, уже ни один человек больше не делается богом, если не говорить о фальшивых речах, полных лести при обращении к власть имущим (2); и гнев богов постигает преступных поздно или когда они покинут здешний мир.
    3. В течение многих веков, в древности происходившее часто, да и теперь изредка встречающееся утратило к себе доверие народа благодаря тому, что люди на основу правды нагромоздили много лжи. Так, например, рассказывают, что со времени Ликаона при жертвоприношении в честь Зевса Ликийского всегда кто-нибудь из человека превращался в волка, но не на всю жизнь: если, ставши волком, он воздерживается от человеческого мяса, то спустя девять лет, говорят, он снова обращался в человека; если же он отведал человеческого мяса, он навсегда остается зверем. Равным образом рассказывают, что и Ниоба на горе Сипиле в летнее время проливает слезы. Слыхал я и многое другое, будто грифы в таких же пятнах, как и леопард, и будто тритоны (3) говорят человеческим голосом; другие же рассказывают, что они умеют еще трубить в просверленные раковины. Любители таких сказок склонны к тем чудесам, о которых они слышат, прибавляют придуманное самими и этою примесью лжи и выдуманного они портят и унижают истину.
    Примечания
    1   Первоначальное значение Зевса Ликейского было Зевс Подающий свет (латинское lux – свет). Впоследствии, по ассимиляции со словом «ликос» (латинское lupus – волк), его стали чтить в образе волка, может быть, как старинный тотем этого племени.
    2   Обычное у Павсания недоброжелательное отношение к римским обычаям. Тут намек на апофеоз римских императоров.
    3   Тритоны и в изобразительном искусстве и у поэтов очень часто изображались трубящими в раковины(ср. Плиний, IX, 9).

    0

    3

    III
    Сыновья Ликаона. Основание городов. Судьба дочери Ликаона, Каллисто
    1. Позднее, после Пеласга, при его внуках, и число городов и количество населения в стране возросло. Никтим был старшим сыном Ликаона и поэтому получил верховную власть. Остальные же сыновья Ликаона основали себе в этой стране города, где кто захотел. Так, Паллант основал Паллантий, Оресфей - Оресфасий, а Фигалию - Фигал. О Паллантии упоминал и Стесихор из Гимеры в своей «Гериониде»; Фигалия же и Оресфасий с течением времени переменили свои названия; последний стал называться Орестеем, получив свое имя от Ореста, сына Агамемнона, а первый - Фиалией - от имени Фиала, сына Буколиона. Вслед за тем и Трапезей, Десеат и Макарей, Гелиссон и Акак с Фокном основали свои города; Фокн - город Фокнию, а город Акакесий основал Акак. По преданию аркадян, это тот самый Акак, по имени которого и Гомер (Илиада, XVI, 185; Одиссея, XXIV, 10) дал эпитет Гермесу; от Гелиссона получили свои названия город и река Гелиссон; равным образом и Макария, и Дасия, и Трапезунт получили свои имена тоже от сыновей Ликаона. Орхомен был основателем так называемого Мефидрия и города Орхомениев, которые в своих поэмах Гомер (Илиада, II, 605) назвал «овцеобильными». Гипсунтом и ... были основаны Меленеи и Гипсунт, а также Фирей и Гемонии; по мнению аркадян, также и Фирея, находящаяся в Арголиде, и так называемый Фиреатский залив получили свое название от этого же Фирея. Мантиней, Тегеат и Менал основали следующие города: Менал основал самый знаменитый в древности город в Аркадии Менал, а Тегеат и Мантиней - Тегею и Мантинею. Названы были от имени Крома Кромы, а Харисии считают своим основателем Харисия, Триколоны называются от Триколона, Перефы - от Перефа, Асеи - от Асеата, <от Ликия> город Ликия и Суматия от Сумата.
    2. Самый младший из сыновей Ликаона, Энотр, попросив у своего старшего брата Никтима денег и людей, переправился на кораблях в Италию; ее область Энотрия получила свое название от царствовавшего в ней Энотра. Это была первая экспедиция, посланная из Эллады для основания колонии. И если точно подсчитать, то даже и из варваров никто раньше Энотра не переселялся в чужую землю.
    3. На все это племя сыновей у Ликаона была всего одна дочь, Каллисто. Влюбленный в эту Каллисту, - я передаю то, что рассказывают эллины, - Зевс сочетался с нею. Когда Гера открыла этот обман, она обратила Каллисто в медведицу, а Артемида в угоду Гере застрелила ее из лука. Тогда Зевс посылает Гермеса, поручив ему спасти ребенка, которого носила уже во чреве Каллисто, а самую Каллисто сделал созвездием так называемой «Большой Медведицы»; о нем упоминает и Гомер (Одиссея, V, 272) в описании отплытия Одиссея от Каллисто:
    «(Очей) не сводил он с Плеяд, с нисходящего поздно
    В море Воота, с Медведицы, в людях еще Колесницы
    Имя носящей...»
    Но, может быть, и просто это имя созвездие получило в честь Каллисто, так как аркадяне показывают ее могилу.

    0

    4

    IV
    Аркад, давший наименование стране, вводит земледелие и обработку шерсти. Эрато, жена Аркада. Его трое сыновей разделяют страну. Эпит укушен змеей «сепс». Алей и его дочь Авга. Ликург и двое его сыновей
    1. После смерти Никтима власть над страною принял Аркад, сын Каллисто. Он ввел хлебопашество, научившись ему у Триптолема; он научил свой народ также печению хлеба и тканью одежд и всему тому, что относится к обработке шерсти, научившись этому у Адриста. После его царствования эта страна вместо Пеласгии стала называться Аркадией, и люди вместо пеласгов получили наименование аркадян.
    2. Аркадяне говорили, что женою Аркада была не смертная женщина, но нимфа Дриада; некоторых из них они называют дриадами и эпимелиадами, а иных из них найядами; и Гомер в своих песнях очень часто упоминает имя найяд. Эту нимфу, <жену Аркада>, называют Эрато и говорят, что от нее у Аркада родились Азан, Афейдан и Элат; кроме того, у него раньше был побочный сын Автолай. Когда сыновья подросли, Аркад разделил страну на три части, и по имени Азана его часть стала называться Азанией; говорят, что те, которые живут во Фригии около так называемой пещеры Стевн и реки Пенкалы, были колонистами из этой Азании. Афейдан получил на свою долю Тегею и прилегающую к ней область; поэтому-то поэты и называют Тегею афейдантовой долей.
    3. Элат получил гору Киллену, которая тогда была еще безыменной; с течением времени этот Элат переселился в так называемую теперь Фокиду; он оказал помощь фокейцам, теснимым войной со стороны флегийцев, и был основателем города Элатеи. Говорят, что у Азана был сын Клейтор, у Афейдана - Алей, а у Элата их было пять: Эпит, Перей, Киллен, Исхин, Стимфел. Когда Азан, сын Аркада, умер, то в честь его впервые были установлены игры. Были ли там другие виды состязаний, я не знаю, но конные скачки там были. Клейтор, сын Азана, жил в Ликосуре и был самым могущественным из царей и основал город Клейтор, дав ему свое имя. Алей получил отцовский удел. От имени Киллена, одного из сыновей Элата, гору стали называть Килленой, а от имени Стимфала получил свое имя источник и город Стимфал у этого источника. Что касается смерти Исхия, сына Элата, то я сообщил об этом раньше в книге об Арголиде (II, 26,6). Говорят, что у Перея не было ни одного сына, а была одна только дочь Неера. Ее взял замуж Автолик, живший на горе Парнасе. Говорили о нем, что он - сын Гермеса, но если уж говорить правду, то отцом его был Дедалион.
    4. Так как у Клейтора, сына Азана, не было детей, то царская власть над аркадянами перешла к Эпиту, сыну Элата. Этого Эпита, когда он отправился на охоту за дикими зверями, убило не какое-либо более сильное животное, но совсем невидная сепс. Эту змею я сам как-то видел. Она меньше ехидны, пепельного цвета, кое-где покрытая пятнами; голова у нее плоская, шея узкая, брюхо широкое и короткий хвост; ползает она так же, как и другая, так называемая рогатая змея, двигаясь вбок, как раки.
    5. После Эпита царскую власть принял Алей, так как Агамед и Гортис, сыновья Стимфала, были уже четвертым поколением от Аркада, а Алей, будучи сыном Афейдана, являлся представителем поколения третьего. Алей построил древний храм Афины Алеи (1) в Тегее и для себя воздвиг там дворец, а Гортис построил город Гортину на берегу реки; эта река называется Гортинием.
    6. Алей имел трех сыновей: Ликурга, Амфидаманта и Кефея, дочь же у него была одна, Авга. По рассказу Гекатея, с этой Авгой жил Геракл, когда он прибыл в Тегею. В конце концов обнаружилось, что она родила ребенка от Геракла (2); тогда Алей, заключив ее вместе с сыном в сундук, бросил в море. Так приплыла она к владениям Тевфранта, владыки Каикской равнины. Влюбившись в нее, Тевфрант женился на ней; еще и сейчас в Пергаме над Каиком есть памятник Авги: большой земляной холм, окруженный каменной оградой, а на нем поставлена медная фигура, изображающая нагую женщину.
    7. После смерти Алея по праву старшинства царскую власть получил его сын Ликург. О нем сохранилась память, что он предательски, не по чести, убил своего врага Аренфая. У него было два сына, Анкей и Эпох; последний заболел, и его постигла неизбежная для всех участь, а Анкей принял участие вместе с Ясоном в походе на Колхиду; впоследствии вместе с Мелеагром, стараясь убить в Калидоне дикого зверя, он сам погиб от кабана. Ликург же достиг очень глубокой старости и был свидетелем смерти обоих своих сыновей.
    Примечания
    1    О храме Афины Алеи в Тегее см. 45, 4.
    2   Сыном Авги и Геракла был Телеф (48, 7), который с аркадянами переселился в Мисию.

    0

    5

    V
    Победа царя Эхема над вторгшимися в Пелопоннес дорянами. Агапенор, предводитель аркадян под Троей, основывает на Кипре Пафос. Перенесение столицы Аркадии в Трапезунт. Второе вторжение дорян при Кипселе. Нападение лакедемонян на Тегею и их поражение. Аристократ I бесчестит жрицу Артемиды Гимнии в ее храме и побит камнями, как и его внук Аристократ II за измену мессенянам
    1. Когда Ликург умер, то царскую власть над Аркадией получил Эхем, сын Аеропа, внук Кефея и правнук Алея. При нем доряне вторглись в Пелопоннес под начальством Гилла, сына Геракла, но ахейцы победили их в битве у Коринфского перешейка, причем Эхем убил Гилла, сразившегося с ним в единоборстве. Это кажется более вероятным, чем прежний мой рассказ (I, 41,2), где я сказал, что в то время царем ахеян был Орест и что в царствование Ореста Гилл сделал попытку вернуться в Пелопоннес. Приняв этот второй вариант, можно <согласиться, что> Тимандра, дочь Тиндарея, была замужем за Эхемом, убившим Гилла.
    2. После Эхема царем аркадян стал Агапенор, сын Анкея и внук Ликурга; он предводительствовал ахеянами в походе на Трою. Когда Илион был взят и когда эллины плыли домой, то поднявшейся бурей Агапенор и корабли аркадян были занесены на Кипр; там Агапенор сделался строителем города Пафоса и воздвиг храм Афродите в Палай Пафосе (в Старом Пафосе); до тех пор богиня принимала поклонение от жителей Кипра в местечке, называемом Голги. Впоследствии Лаодика, бывшая из рода Агапенора, послала в Тегею в дар Афине Алеи одеяние, «пеплос»; на этом посвящении была надпись, которая указывала в то же время и на происхождение самой Лаодики:
    «Плащ этот - дар Лаодики: родной посвятила Афине
    В землях широких она, с Кипра святого послав.»
    3. Так как Агапенор не вернулся домой из Илиона, то царская власть перешла к Гиппофу, сыну Керкиона, внука Агамеда и правнука Стимфала. Во время его жизни, говорят, не случилось ничего особенного, разве только то, что свой царский двор он имел не в Тегее, а в Трапезунте. Когда Эпит, сын Гиппофа, после смерти отца принял царскую власть, то Орест, сын Агамемнона, согласно вещанию Аполлона Дельфийского, переселился из Микен в Аркадию. Когда Эпит, сын Гиппофа, осмелился войти в святилище Посейдона в Мантинее, вход в который был запрещен людям - это запрещение сохраняется и до настоящего времени, - так вот, когда он вошел в него, то он ослеп, а немного спустя после этого несчастия и умер.
    4. Когда после смерти Эпита воцарился его сын Кипсел, то произошло вторжение дорян в Пелопоннес не через коринфский Истм, как три поколения тому назад, но на кораблях у так называемого <мыса> Риона. Узнав об их прибытии, Кипсел выдал свою дочь замуж за того из сыновей Аристомаха, который, по полученным им сведениям, не имел еще жены, и, породнившись с <домом> Кресфонта, он и себя и аркадян уберег от <грозившей им> опасности.
    5. Сыном Кипсела был Голеас, который в союзе с Гераклидами из Лакедемона и Аргоса вернул в Мессению сына своей сестры, Эпита. Сыном Голеаса был Буколион, а сыном этого последнего - Фиал, который сына Ликаона, Фигала, лишил чести называться основателем <города Фигалеи>, переделав по своему имени название города на Фиалу; но это название не получило всеобщего распространения. Во время царствования Сима, сына Фиала, у фигалейцев погибло в огне древнее деревянное изображение Черной Деметры: это было знамением, что в скором времени придет конец жизни и самого Сима. Когда власть принял Помп, сын Сима, то в Киллену по торговым делам прибыли на кораблях жители Эгины и оттуда на вьючных животных доставили свои товары к аркадянам. За это Помп оказал им в высшей степени почетный прием, и в знак своей дружбы к эгинетам он дал своему сыну имя Эгинета.
    6. После Эгинета царем аркадян был Полиместор, сын Эгинета. При нем в первый раз тогда лакедемоняне под предводительством Харилла сделали вторжение с войском в область тегеатов. Но тегеаты и их жены, взявшись за оружие, победили их в бою, <многих убили, а> остальное войско и самого Харилла взяли живыми в плен. О Харилле и его войске я подробно расскажу при описании Тегеи (48,3). Так как у Полиместора не было сыновей, то власть над Аркадией получил Эхмид, сын Бриака и племянник Полиместора: и Бриак был сыном Эгинета, но моложе Полиместора.
    7. В царствование Эхмида у лакедемонян началась война с мессенянами. У аркадян была издревле дружба с мессенянами, а в это время они явно сражались против лакедемонян в союзе с Аристодемом, царствовавшим в Мессении.
    8. Что касается сына Эхмида, Аристократа, то по отношению к аркадянам он совершил много всяких других насилий и оскорблений, по отношению же к богам я знаю, что он совершил самое ужасное преступление; я сейчас о нем расскажу. Есть храм Артемиды, называемой Гимнией, находящийся на границе Орхомена, поблизости от Мантинеи. С самых древних времен чтут все аркадяне Гимнию Артемиду (1). Должность жрицы богини в то время, к которому относится мой рассказ, исполняла еще невинная девушка. Как ни старался Аристократ <соблазнить> эту девушку, он все время получал от нее отказ. В конце концов, когда она бежала от него в храм к статуе Артемиды, он обесчестил ее там. Когда этот дерзновенный его поступок стал известен среди народа, то аркадяне его побили камнями, и с этого времени был изменен закон: вместо девушки они дают Артемиде в качестве жрицы женщину, имевшую уже в достаточной мере общение с мужчинами.
    9. Сыном Аристократа был Гикета, а сыном Гикеты другой Аристократ, одноименный со своим дедом и имевший одинаковый с ним конец жизни: и его аркадяне побили камнями, когда открылось, что он принял дары от лакедемонян и что причиной поражения мессенян у большого рва была измена Аристократа. Это позорное преступление, павшее на весь род Кипсела, стало причиной, почему он был лишен царской власти.
    Такова генеалогия аркадских царей, которую я старательно исследовал, расспрашивая о ней аркадян.
    Примечания
    1   Наименование Артемиды Гимнии связывают с теми весенними песнями (гимнами), которые пелись тогда в честь богини. Вазовая живопись сохранила нам ряд изображений богини, играющей на лире. Правда, другие видят здесь просто изображение Аполлона в широкой одежде. Некоторые ученые производят эпитет богини «Гимния» не от слова «гимн» - песня, но от корня «тку»: богиня луны и ткацкого искусства.

    0

    6

    VI
    Общие военные походы аркадян. Пути из Арголиды в Аркадию
    1. Из замечательных событий, которые достались на долю аркадянам как целому народу, самым древним надо назвать Троянскую войну. Во-вторых, те войны, которые они вели против лакедемонян, поддерживая мессенян. Они участвовали также и в деле под Платеями против мидян. Скорее по принуждению, чем из чувства расположения, они воевали на стороне лакедемонян против афинян и пошли с Агесилаем в его походе в Азию, равно следовали за лакедемонянами в их походе на Левктры в Беотии. Свою опасливую настороженность против лакедемонян они проявляли не раз: так, после поражения лакедемонян при Левктрах они тотчас стали на сторону фиванцев. Они не сражались против Филиппа и македонян при Херонее и позднее в Фессалии против Антипатра в союзе со всеми эллинами, но в то же время они не становились и на сторону, враждебную эллинам. В битве при Фермопилах против галатов они не участвовали, как они говорят, исключительно из-за лакедемонян, из боязни, как бы эти последние, воспользовавшись отсутствием их военноспособного населения, не опустошили их страну. Но к Ахейскому союзу аркадяне примкнули охотнее всех других эллинов. То же, что ими совершено не всеми вместе и что, по моим изысканиям, случилось с каждым отдельным городом, я отнесу к специальному рассказу о каждом из них в отдельности.
    2. Пути в Аркадию ведут - один из Арголиды через Гисий и через гору Парфений, идущий в область Тегеи, два других, идущие из Мантинеи (1), - один через так называемый Прин и второй через Климак (Ступени). Последний путь шире и для удобства спуска имел сделанные некогда <в скалах> ступеньки. Если перевалить через Климак, то встречается местность, носящая название Мелангеи; отсюда поступает в город Мантинею питьевая вода. Если итти дальше из Мелангей, то на расстоянии от города приблизительно стадий семи есть так называемый источник Мелиастов, эти Мелиасты совершают здесь свое торжественное богослужение (оргии) в честь Диониса, и около источника есть помещение, мегарон, <где эти оргии совершаются>, а равно и храм Афродиты Меланиды (Черной) (1а). Это наименование богиня получила не по чему иному, как только потому, что у людей совокупления происходят не так, как у животных, обычно днем, но по большей части ночью. Второй путь уже, чем тот, что я сейчас описал, и ведет через Артемисий. Я уже раньше (II, 25,3) упоминал об этой горе, что на ней есть храм и изображение Артемиды; находятся здесь также и истоки реки Инаха. Этот Инах на всем протяжении этой дороги через горы является границей между Арголидой и областью города Мантинеи. Повернув в сторону от дороги, с этого места Инах течет уже по земле аргосцев; поэтому вместе с другими и Эсхил (фрагм. 168 W.) называет реку Инах аргосской рекою.
    Примечания
    1   Судя по словам Павсания, первую дорогу он проходил из Арголиды, две же остальные ему стали известны со стороны Аркадии («от Мантинеи»).
    1а   Под таким наименованием богиня почиталась еще в Коринфе (II, 2,4) и в Феспиях (IX, 27,5).

    0

    7

    VII
    «Мокрое поле». Дина и кипящие источники. Гибель потомства Филиппа Македонского
    1. Если перевалить через Артемисий по направлению к области Мантинеи, то там встретится так называемое Мокрое поле, как оно и есть на самом деле. Дождевая вода, стекая отсюда с гор, делает обработку этой равнины совершенно невозможной, и эта равнина очень легко могла бы стать болотом, если бы вода не скрывалась в расщелину земли. Исчезнувшая здесь вода вновь появляется на поверхность у Дины.
    2. Дина же - это так называемый около Генетлия в Арголиде бьющий из моря источник пресной воды. В древности аргосцы бросали в эту Дину в честь Посейдона взнузданных коней. Пресную воду, вытекающую из моря, кроме этого места в Арголиде, можно еще видеть в стране феспротов у так называемого Химерия.
    3. Еще большее чудо представляет кипящая вода в Меандре, отчасти вытекающая из скалы, - река Меандр омывает эту скалу, - отчасти же бьющая из илистого дна реки. Около Дикеархии, принадлежащей к Этрурии, есть кипящая вода в море; поэтому там сделан искусственный остров, чтобы эта вода не пропадала даром, но ею можно было бы воспользоваться для купания.
    4. Налево от так называемого Мокрого поля на территории Мантинеи есть гора; на ней видны остатки лагеря Филиппа, сына Аминты, и поселка Нестаны. Говорят, что около этой Нестаны Филипп расположился лагерем, и источник, протекающий здесь, они еще и сейчас в честь его называют Филипповым. Приходил же Филипп в Аркадию с тем, чтобы привлечь аркадян на свою сторону и отвлечь их от дела всех других эллинов. Всякий мог бы согласиться, что из всех македонских царей, бывших до и после Филиппа, никто не показал примеров более великих подвигов, чем он. Но справедливо мыслящий человек не назвал бы его хорошим полководцем: клятвы именем богов он всегда попирал, договоры при всяком случае нарушал и данного слова он бесстыдно не выполнял больше, чем кто-либо другой из всех людей. За это не замедлило постигнуть его отмщение бога; оно поразило его с беспримерной быстротой. Филиппу не было и 46 лет отроду, как на нем исполнилось предсказание дельфийского бога. Оно было дано ему, когда он, говорят, обратился к богу, вопрошая его относительно похода на Персию:
    «Бык увенчан; конец его близок, и есть совершитель.»
    Скоро стало ясным, что это относилось не к мидийцам, но к самому Филиппу.
    5. Когда Филипп умер, то Олимпиада убила маленького сына Филиппа, рожденного им от племянницы Аттала Клеопатры, заставив тащить его вместе с матерью в медном котле, под которым был разложен огонь; немного позже она убила и Аридея. Точно так же случилось, что божество безжалостно скосило весь род Кассандра. У Кассандра были сыновья от Фессалоники, дочери Филиппа, а у Фессалоники и Аридея матери были фессалийки родом. Судьба Александра и без моих слов известна всем. Если бы Филипп отнесся со вниманием к судьбе спартанца Главка (II, 18,2) и при каждом своем действии вспоминал бы стихи (Гесиод, Труды и дни, 285):
    «Мужа, блюдущего клятву, потомство прекрасное будет,» –
    то, мне кажется, никто из богов так нелепо не погасил бы одновременно и жизни Александра и расцвета сил Македонии. Но все это было отступлением в моем рассказе.

    0

    8

    VIII
    Место пляски Мэры. Сказание об источнике Арне (Ягненка). Город Мантинея. Река Офис (Змей). Войны мантинейцев и их дальнейшая судьба
    1. За развалинами Нестаны находится чтимое святилище Деметры. В ее честь мантинейцы каждый год совершают здесь праздник. Как раз под самой Нестаной лежит... , которая тоже составляет часть Мокрого поля и носит название Место пляски Мэры. Протяжение Мокрого поля стадий десять.
    2. Если совершить небольшой перевал, то спускаешься в другую долину; тут у большой дороги есть источник, называемый Арной (Ягненок). У аркадян по этому случаю есть такое предание. Когда Рея родила Посейдона, она положила его здесь среди пасущегося стада, с тем чтобы он воспитывался вместе с овцами; поэтому-то и источнику было дано такое название, так как вокруг него паслись овцы; Кроносу же она сказала, что родила жеребенка (1), и дала ему проглотить жеребенка вместо ребенка, подобно тому, как впоследствии она вместо Зевса подала ему камень, завернутый в пеленки. Начиная это описание, я лично смотрел на все эти предания эллинов в лучшем случае как на легкомысленные и глупые рассказы, но, когда я дошел до Аркадии, меня взяло по поводу этого следующее раздумье: я подумал, что так называемые у эллинов мудрые люди издревле такие сказания передавали иносказательно, в виде загадок, как некие притчи, а не говоря прямо и попросту, и поэтому, как я теперь полагаю, и это сказание о Кроносе является своего рода тоже частичкой эллинской мудрости. Поэтому, раз приходится касаться вопросов религии, будем придерживаться традиции.
    3. Город Мантинея отстоит от этого источника не более чем на двенадцать стадий. Сын Ликаона Мантиней, повидимому, основал этот город в другом месте, которое еще до моего времени аркадяне называют Городом (Птолис); но Антиноя, дочь Алеева сына Кефея, выселив оттуда жителей, следуя какому-то вещанию, перевела их в это место, взяв себе в качестве проводника некоего змея, какого - об этом предание не помнит. Поэтому-то и река, протекающая мимо города, получила название Офис (Змей). Если на основании песен Гомера можно сделать известное заключение, то я убежден, что этот змей был драконом. В то время как в «Каталоге кораблей», упоминая о том, что эллины оставили Филоктета на острове Лемносе страдающем от раны, полученной от укуса змеи, он не назвал эту гидру (водяную змею) Офис, того же дракона, которого орел бросил в ряды троянцев (Илиада, II, 723; XII, 200), он назвал Офис. Отсюда естественно заключить, что проводником у Антинои был дракон.
    4. Мантинейцы в битве при Дипеях не сражались вместе с остальными аркадянами против лакедемонян, но в войне между пелопоннесцами и афинянами они стояли вместе с элейцами против лакедемонян, и, когда к ним прибыло подкрепление из Афин, они сражались против лакедемонян. По дружбе с афинянами они приняли участие и в их походе на Сицилию.
    5. Впоследствии лакедемонское войско во главе с царем Агесиполом, сыном Павсания, вторглось Мантинейскую область. После того как Агесипол победил мантинейцев в открытом бою и заставил их укрыться в стенах, немного спустя он взял и самый город, не осадой и штурмом, но отведя <и направив> реку Офис на их стены, выстроенные из сырого кирпича. Стены, выстроенные из сырого кирпича, представляют больше преимуществ в смысле безопасности против стенобитных орудий, чем стены, сделанные из камня; последний ломается и выскакивает из своих мест, сырой же кирпич не так страдает от стенобитных орудий, но от воды он расползается не хуже, чем воск от солнца. Эту военную хитрость, направленную против мантинейских стен, придумал не сам Агесипол, но еще раньше ее применил Кимон, сын Мильтиада, когда он осаждал мидийского военачальника Богу и тех персов, которые занимали Эион на Стримоне. Агесипол лишь воспользовался этим примененным раньше и прославляемым эллинами приемом. Взяв Мантинею, от оставил лишь малую ее часть населенной, а большую часть разрушил до основания, расселив ее жителей по деревням.
    6. Вернуть мантинейцев из деревень на родину поставили себе целью фиванцы после победы при Левктрах. Вернувшись, мантинейцы не во всем оказались действующими справедливо: было обнаружено, что они сносятся с лакедемонянами и собираются заключить с ними сепаратное соглашение без участия всего остального Аркадского союза. Тогда из-за страха перед фивянами они открыто заключили союз с лакедемонянами, и в битве лакедемонян против Эпаминонда и фивян при Мантинее мантинейцы стояли в одних рядах с лакедемонянами. Но после этого у мантинейцев возникло несогласие с лакедемонянами, и они от них перешли к Ахейскому союзу. Защищая свою страну, они победили царствовавшего в Спарте Агиса, сына Эвдамида, победили его с помощью ахейского войска под начальством Арата. Они участвовали вместе с ахейцами в деле против Клеомена и разрушили могущество лакедемонян. Когда в Македонии опекуном Филиппа, отца Персея, во время его малолетства был Антигон, высказывавший особенное расположение к Ахейскому союзу, то среди других выражений ему почтения мантинейцы переименовали свой город, назвав его Антигонией. Впоследствии, когда Август собирался вступить в морской бой с Антонием у мыса Акциума, посвященного Аполлону, мантинейцы сражались вместе с римлянами, тогда как все остальное аркадское войско было в рядах Антония, мне кажется, исключительно по той причине, что лакедемоняне стояли на стороне Августа. Десять поколений спустя римским императором был Адриан. Он взял назад у мантинейцев имя, заимствованное ими от Македонии, и вновь возвратил городу его старое имя Мантинеи.
    Примечания
    1   Эта легенда имеет основание в том, что Посейдон первоначально почитался в образе коня.

    0

    9

    IX
    Храм и важнейшие статуи в Мантинее. Гробница Аркада. Храм Афродиты Союзницы, Афины Алеи и Антиноя; культ Антиноя. Святилище Подара
    1. У мантинейцев есть двойной храм, разделенный стеной почти пополам. В одной части храма находится статуя Асклепия, работы Алкамена (1), другая же часть посвящена Латоне и ее детям. Эти статуи изваял Пракситель, два поколения спустя после Алкамена. На их пьедестале изображены музы и Марсий, играющий на флейте. Тут же на стеле (мраморной плите) есть рельефное изображение Полибия, сына Ликорты. О нем я буду говорить позже (VII, 30,8-9); но у мантинейцев есть и другие святилища - одно Зевса Спасителя (Сотера), другое Зевса, так называемого Подателя (Эпидота), так как ведь он щедро подает людям блага. Есть также святилище Диоскуров, а в другом месте святилище Деметры и Коры; они там поддерживают огонь, всячески заботясь, чтобы он незаметно для них не потух. Видел я и храм Геры, около театра. Статуи в нем создал Пракситель: они изображают Геру сидящей на троне, а рядом с ней стоят Афина и Геба, дочь Геры (2).
    2. Около жертвенника Геры находится и могила Аркада, сына Каллисто. Останки Аркада были перенесены сюда из Менала в силу следующего прорицания, пришедшего к ним из Дельф:
    «Есть Меналия суровая; кости лежат там Аркада;
    Этим именем все называться аркадяне стали;
    Три и четыре пути, даже пять здесь сходятся вместе.
    Вам я сюда велю итти, и с кротостью в сердце
    Кости Аркада подняв, унести их в город прекрасный,
    Там уготовить Аркаду, священный участок и жертвы.»
    То место, где находится могила Аркада, местные жители называют Жертвенником солнца. Недалеко от театра находятся знаменитые своей славой гробницы; одна из них, имеющая круглую форму, называется Общим жертвенником; говорят, что в ней лежит Антиноя, дочь Кефея; на другой стоит мраморная доска (стела) с рельефным изображением всадника; это Грил, сын Ксенофонта.
    3. Позади театра есть развалины храма в честь Афродиты, носящей эпитет Союзницы, и ее статуя; имеющаяся на пьедестале надпись гласит, что воздвигла ее дочь Пасея Никиппа. Это святилище мантинейцы выстроили в память прежней своей совместной с римлянами морской победы при Акциуме. Чтут они и Афину Алею, и у них есть и святилище и статуя этой Афины Алеи.
    4. У них считается богом и Антиной (3); из всех храмов в Мантинее самым новым является храм Антиноя. Его очень любил император Адриан. Я лично не видал его при жизни, но видел в статуях и на картинах. Почести воздаются ему и в других местах, между прочим, на реке Ниле есть у египтян город, названный по его имени Антинополис. Почитание же в Мантинее он заслужил вот почему. Антиной был родом из <города> Вифиния, на север от реки Сангарии; а вифинцы издревле ведут свое происхождение от аркадян и специально от мантинейцев. Вследствие этого император и установил поклонение ему также и в Мантинее; ежегодно в его память совершается религиозный праздник (мистерии), а каждый пятый год устраиваются игры. В гимнасии у мантинейцев есть здание со статуями Антиноя; кроме всего прочего, оно заслуживает обозрения вследствие тех мраморных плит, которыми оно украшено, и интересно для любителя живописи: большинство картин, украшающих его, относится к Антиною и изображает его главным образом в виде Диониса (4). Кроме того, тут есть и копия с картины, находящейся в Керамике (I, 3,4), изображающей подвиг афинян в битве при Мантинее.
    5. На площади Мантинеи есть медная статуя женщины, которую мантинейцы называют Диоменией, дочерью Аркада; тут же и маленький храм с алтарем в честь героя Подара; говорят, что он погиб в битве против Эпаминонда и фивян. Тремя поколениями раньше моего времени мантинейцы переменили надпись на его могиле, приспособив ее к потомку этого Подара, одноименному с ним, жившему уже в то время, когда <мантинейцы> пользовались правами римского гражданства. Но старшего Подара еще в мое время мантинейцы почитали, рассказывая, что храбрейшим в этом сражении из них и из союзников оказался Грил, сын Ксенофонта, вторым после Грила был Кефисодор из Марафона, который был тогда начальником афинской конницы, а третье место по доблести они приписывают Подару.
    Примечания
    1   Статуи Алкамена Фужер, лучший знаток древностей Мантинеи, относит к 430-420 гг. до н.э. Год рождения Праксителя нам мало известен; он колеблется между 404 и 390 г. до н.э. Группу статуй в Мантинее относят к 366 г., соединяя пребывание Праксителя в Мантинее с поездкой Ликомеда в Афины (Ксенофонт, VII, 4,2). О такой же группе Латоны и ее детей в Мегаре Павсаний говорил в I, 44,2; по мнению Овербека и Фрэзера, группа в Мантинее является «репликой» этой мегарской статуи, но, повидимому, верно замечание Фужера, что Пракситель той же теме здесь дал совершенно иную трактовку. Пьедестал, описываемый Павсанием (с небольшими отступлениями), найден при раскопках: это три плиты с изображением сидящего Аполлона с кифарой, группы фригийских рабов и Марсия, играющего на флейте; на остальных плитах – изображения муз.
    2   Эта группа с Герой больше нигде не упоминается, но нет никакого основания сомневаться в ее принадлежности старшему Праксителю.
    3   На многих мантинейских монетах есть изображение головы Антиноя с характерной надписью: «Пану Антиною». Так как Пан был главный местный бог аркадян, то на других монетах мы читаем: «местному богу Антиною».
    4   Изображений Антиноя в виде Диониса сохранилось много. Дитрихсон насчитывает 20 статуарных изображений и 11 на монетах.

    0

    10

    X
    Достопримечательности на дороге из Мантинеи в другие области Аркадии. Храм Посейдона Покровителя коней. Появление морской воды в разных храмах. Трофей в честь победы над Агисом и лакедемонянами. Описание битвы под Мантинеей. Долгая жизнь оленей
    1. В остальную часть Аркадии из Мантинеи ведут несколько дорог; я опишу все, что есть наиболее достопримечательного на каждой из них. Если итти на Тегею, то налево от большой дороги, у самых стен Мантинеи, есть место для бега лошадей (гипподром), а недалеко оттуда - стадион, где в праздник Антиноя устраиваются состязания.
    2. Над стадионом возвышается гора Алесион (Блуждания), как говорят, названная так вследствие блужданий Реи; а на горе - роща Деметры. У края горы находится храм Посейдона Покровителя коней (Гиппия), недалеко от стадиона Мантинеи. Относительно этого храма я сообщаю, равно как и все упоминавшие о нем, лишь понаслышке. Ныне существующий храм был выстроен императором Адрианом, который велел поставить специальных надсмотрщиков над работавшими, для того чтобы никто из них не вошел в этот древний храм и не тронул его развалин; а вокруг этого храма он приказал возвести стены нового храма. Есть предание, что в древности этот храм выстроили в честь Посейдона Агамед и Трофоний, использовав как материал дубовые стволы, скрепив их друг с другом. Чтобы преградить людям вход в этот храм, они не устроили никакого заграждения перед входом, но протянули только шерстяную нить, может быть, считая, что для тех, которые тогда чтили богов и имели страх божий, будет достаточно и этого, а может быть, потому, что в этой нити была какая-либо особая сила. Повидимому, и Эпит, сын Гиппора, не перескочил через эту нить и не подлез под нее, но, перерезав ее, вошел в святилище; тотчас же после такого нечестивого поступка он немедленно ослеп, так как волна воды ударила ему в глаза, и вскоре же его постигла кончина.
    3. Есть старинное сказание, что морская вода появляется в этом святилище. Нечто подобное рассказывают и афиняне относительно морской воды на Акрополе (I, 26,5), и из карийцев те, которые занимают Миласы, рассказывают нечто такое же относительно храма своего бога, которого на своем местном языке они называют Осогоа. У афинян море у гавани Фалера отстоит от города приблизительно на 20 стадий; равным образом и у жителей Милас пристань находится стадиях в 80 от города. А ведь Мантинея находится еще дальше от моря, и то, что морская вода появляется у них на столь далеком расстоянии, совершенно явно указывает на божье соизволение.
    4. Против храма Посейдона стоит каменный трофей в память победы над лакедемонянами и Агисом. Ход сражения, говорят, был таков (1). Правое крыло занимали сами мантинейцы: они вооружили поголовно мужчин всех возрастов, и начальствовал над ними Подар, потомок в третьем колене того Подара, который сражался с фивянами. Вместе с ними был и элейский прорицатель Фрасибул, сын Энея, из рода Иамидов; он предсказал мантинейцам победу и сам вместе с ними участвовал в деле. На левом крыле выстроилось все остальное аркадское войско; каждый город имел здесь своего вождя, а у жителей Мегаполиса были два военачальника, Лидиад и Леокид. Центр был поручен Арату, сикионянам и ахейцам. Лакедемоняне и Агис вытянули фалангу, чтобы сравняться со стоящим против них войском противника. Центр занимал Агис, его штаб и свита. По предварительному уговору с аркадцами Арат, сам и его войско, стал медленно отступать, как будто под натиском на них лакедемонян. Отступая, они понемногу выгибали свой строй в виде серпа месяца. Лакедемоняне и Агис уже надеялись на победу, и они все вместе тем сильнее стали налегать на Арата; за ним последовали и те, которые стояли на флангах, считая в данный момент важнейшим делом - обратить в бегство Арата и его войско. Они не заметили, как аркадяне оказались у них в тылу; в результате, окруженные врагами лакедемоняне потеряли большую часть своего войска, в том числе пал и Агис, сын Эвдамида. Мантинейцы говорили, что видели самого Посейдона, как он выступал на их защиту, и поэтому трофей этот они посвятили Посейдону. Поэты, которые темой своих сказаний избрали беды и страдания героев под Троей, описали, как боги участвовали на войне, в кровавых избиениях людей; и афиняне в своих песнях поют, что боги были участниками их боев в деле при Марафоне и Саламине. Но совершенно очевидно погибло под Дельфами войско галатов от руки бога при явном участии богов-покровителей (демонов). Отсюда следует, что и победа мантинейцев была одержана не без участия Посейдона. Леокид же, который вместе с Лидиадом был начальником отряда из Мегаполиса, был потомком в девятом колене того Аркесилая, который, как говорят аркадяне, жил в Ликосуре и будто бы видел лань, посвященную Владычице (37, 9), - так именуют местные жители эту богиню; эта лань была уже стара и слаба, и на шее у нее был ошейник, и на этом ошейнике надпись:
    «Поймана ланью была я еще молодой и цветущей.
    Это то время, когда уж под Троею был Агапенор.»
    Таким образом, этот рассказ доказывает, что олень - животное еще более долговечное, чем даже слон.
    Примечания
    1   Многие считают весь этот рассказ Павсания о битве при Мантинее своего рода романом, противоречащим некоторым твердым историческим данным.

    0

    11

    XI
    Дорога из Мантинеи в Тегею. Могилы дочерей Пелиаса; смерть его самого. Местность, называемая Фойзон. Смерть Эпаминонда; его могила. Двусмысленное изречение оракула
    1. За храмом Посейдона начинается местность, вся заросшая дубами, так называемая Пелагос (Море); и дорога из Мантинеи в Тегею ведет через эту дубовую рощу. Границей для мантинейцев с тегеатами служит круглый жертвенник на большой дороге.
    2. Если от храма Посейдона захочешь повернуть налево, то, пройдя приблизительно стадий пять, ты придешь к могилам дочерей Пелия. Мантинейцы говорят, что они переселились сюда, убегая от упреков и оскорблений по отношению к себе за смерть своего отца. Когда Медея прибыла в Иолк, она тотчас стала злоумышлять против Пелия, фактически действуя а интересах Ясона, на словах - ненавидя его. Она заявила дочерям Пелия, что, если они желают, она может сделать для них их отца снова молодым вместо глубокого старика. Зарезав каким-то особым образом старого барана, она сварила в котле его мясо вместе с <колдовскими> зельями, благодаря чему она сваренного барана вынула из котла молодым ягненком. Она побудила их убить Пелия и взялась сварить его, но назад его дочери получили своего отца таким, что нечего было класть даже в могилу. Это заставило женщин переселиться в Аркадию, и, когда они умерли, им насыпали здесь могильные холмы. Имен их не оставил ни один поэт, насколько мне пришлось читать, но художник Микон на картине с их изображениями (I, 18,1) написал, что их имена Астеропея и Антиноя.
    3. Стадий на 20 в сторону от этих могил находится место, называемое Фойзон; ...Фойзон - это могила, окруженная каменной оградой и поднимающаяся немного над землею. Отсюда дорога становится очень узкой, а об этой могиле говорят, что она - могила Аренфоя, прозванного Коринетом (Человек с дубиной) из-за оружия, которое он носил.
    Если пройти приблизительно стадий 30 по дороге, ведущей из Мантинеи в Паллантий, то приходишь в то место, где большая дорога проходит по опушке так называемой дубовой рощи Пелагоса; тут произошло конное сражение, где конница афинян и мантинейцев вступила в бой с беотийскими всадниками.
    4. Мантинейцы говорят, что Эпаминонд был убит мантинейцем Махэрионом. В свою очередь лакедемоняне утверждают, что Эпаминонда убил спартанец, называя тоже этого человека Махэрионом. У афинян же есть предание, а с ним согласны и фивяне, что смертельную рану Эпаминонду нанес Грил, и в таком виде нарисована эта сцена у них на картине (I, 3,4), изображающей битву под Мантинеей. Но помимо всего прочего известно, что мантинейцы похоронили Грила на общественный счет и там, где он пал, поставили стелу (погребальную мраморную доску) с его изображением, как лучшему мужу-бойцу из числа союзников. О Махэрионе же и мантинейцы и лакедемоняне говорят только на словах, на деле же в Спарте нет никакого Махэриона, а тем более нет и у мантинейцев, которому бы как совершившему столь славный подвиг были возданы соответствующие почести. Когда Эпаминонд был ранен, его еще живым вынесли из строя. Пока шло сражение, он хотя и очень страдал, держал руку на ране и наблюдал за ходом боя, и то место, откуда он наблюдал, впоследствии было названо Скопа (Наблюдение); когда же исход сражения оказался нерешительным <и каждая страна приписывала победу себе>, он отнял от раны руку и испустил дух. Его похоронили там, где он пал на поле битвы.
    5. На его могиле стоит колонна, а на ней - щит с рельефным изображением дракона. Этот дракон должен обозначать, что Эпаминонд был из рода так называемых спартов (сеяных). На могиле две стелы (погребальные плиты): одна - древняя, с надписью на беотийском наречии, другую же посвятил император Адриан и тоже сделал на ней надпись. Из всех полководцев, прославившихся среди эллинов за свое военное искусство, больше всех заслуживает хвалы Эпаминонд, во всяком случае, он не уступал никому. В то время как для полководцев лакедемонских и афинских поддержкой служила древняя слава их государств и соответственная уверенность в себе воинов, фиванцев, <не обладавших ничем из этого>, которые до того времени были лишены всякой бодрости и привыкли повиноваться другим, Эпаминонд в короткое время сделал первенствующим государством.
    6. Еще раньше Эпаминонду было прорицание из Дельф, чтобы он опасался Моря (Пелагос). Поэтому он остерегался входить на военный корабль и боялся плавать на купеческих судах. Но оказалось, что бог имел в виду рощу, носящую имя Пелагос, а не настоящее море. Тождеством названий различных местностей был впоследствии введен в заблуждение Ганнибал, вождь карфагенян, подобно тому как еще раньше были обмануты и афиняне. Ганнибалу от <Зевса> Аммона пришло предсказание, что, когда он умрет, он будет покрыт ливийской землею. Поэтому у него появилась надежда, что он разрушит власть римлян и, вернувшись домой в Ливию, окончит жизнь в преклонных годах. Но когда отправленный римлянами Фламиний прилагал старание захватить его живым, Ганнибал прибыл к Прузию в качестве молящего о защите, но, им отвергнутый, он вскочил на коня и в это время поранил себе палец обнаженным мечом. Он не проехал и несколько стадий, как от раны у него началась лихорадка, и на третий день он скончался; то место, где он умер, жители Никомидии называют Ливией. А афинянам пришло вещание из Додоны - заселить Сицилию; а Сицилией называется небольшой холм недалеко от Афин. Они же, не вдумавшись в смысл этого указания, втянулись в иноземные походы и в войну с сиракузянами. Можно было бы найти примеров подобного рода еще больше, чем мною указано.

    0

    12

    XII
    Храм Зевса Хармона. Различные виды дубов в Аркадии. Равнина Алкимедона. Герой Алкимедон и его дочь Фиало. Пограничное местечко Петросака. Дороги на Орхомен. Стадион Лады. Гробница Пенелопы. Развалины Мантинеи и деревни Мэры. Гора Анхизия. Памятник Анхизу
    1. Приблизительно на расстоянии одного стадия от могилы Эпаминонда воздвигнуто святилище в честь Зевса, называемого Хармоном (Радующим). В дубовых рощах аркадян находятся дубы разных пород; одни из них называются широколиственными, другие - буковыми; у третьих кора пориста, как губка, и так же, как она, легка, так что ею пользуются и в море, чтобы делать из нее поплавки для якорей и сетей; кору этого дуба в числе прочих ионян Гермесианакс, писавший элегические стихотворения, называет феллос (пробка).
    В Мефидрий, который представляет из себя уже не город, а только деревню, слившуюся в Мегаполисское объединение, - так вот в этот Мефидрий ведет дорога из Мантинеи.
    2. Если пройти стадий 30, то встретится равнина, называемая Алкимедонт, а над равниной - гора Остракина (Устричная); в этой горе есть пещера, где жил Алкимедонт, из числа так называемых героев. С дочерью этого Алкимедонта, Фиалой, как называют ее фигалейцы, сочетался Геракл. Когда Алкимедонт заметил, что она родила, он бросил ее, <связав>, в горы, чтобы она там погибла, а с нею и мальчика, которого она родила; аркадяне называют его Эхмагором. Так как брошенный ребенок начал плакать, то птица Кисса (Сорока) стала прислушиваться к его плачу и подражать его крику. Случилось, что Геракл проходил этой дорогой; он услыхал этот крик сороки, счел, что это кричит ребенок, а не птица, свернул с дороги и пошел на этот голос. Он узнал Фиало, развязал ее узы и спас мальчика. С того времени протекающий вблизи источник от имени птицы называется Кисса (Сорока).
    3. В сорока стадиях от этого источника находится местечко, называемое Петросака. Эта Петросака является границей Мегаполиса и Мантинеи.
    Кроме тех дорог, о которых я упомянул, есть еще две дороги, которые ведут в Орхомен; на одной из них есть так называемый стадион Лады, на котором Лада упражнялся в беге. Рядом с ним находится святилище Артемиды, а направо от дороги высокий курган. Говорят, что это могила Пенелопы, не согласуясь в этом с поэмой, носящей название Феспротиды. В этой поэме говорится, что по возвращении из Трои Одиссея Пенелопа родила ему сына Птолипорта (Разрушителя города); сказание же мантинейцев о Пенелопе гласит, что признанная Одиссеем виновной в том, что навела себе в дом ухаживателей, она была им отослана и сначала вернулась в Лакедемон, а затем из Спарты переселилась в Мантинею, и здесь ее постигла кончина.
    4. К этой могиле примыкает небольшая долина, а на этой долине есть гора, на которой находятся развалины древней Мантинеи; это место и до настоящего времени называется Птолис (Город). Если отсюда пройти немного на север, то на пути будет источник Алакомения. Стадиях в тридцати от Птолиса находятся развалины поселка, так называемого Мэры, <и могила Мэры>, если она действительно похоронена здесь, а не в Тегее; сказание тегеатов, что Мэра, дочь Атланта, погребена у них, а не у мантинейцев, более вероятно; но, может быть, в Мантинею прибыла какая-нибудь другая Мэра, происходящая от Мэры, дочери Атланта.
    5. Из дорог остается еще одна на Орхомен, на которой находится гора Анхизия, и есть памятник Анхиза у самой подошвы горы. Когда Эней направлялся в Сицилию, он со своими кораблями пристал к Лаконике и был основателем городов Афродисиады и Этиды. Его отец Анхиз, не знаю, по какой причине, прибыл в это место. Тут он окончил дни своей жизни, и здесь он был похоронен; поэтому и гору эту по имени Анхиза называют Анхизией. Правильность этого сообщения подтверждают те из эолийцев, которые до моего времени занимают Илион, так как нигде в своей стране они не обнаружили могилы Анхиза. У могилы Анхиза находятся развалины храма Афродиты, а в Анхизиях проходит граница между Мантинеей и Орхоменом.

    0

    13

    XIII
    Достопримечательности в Орхоменской области; храм Артемиды Гимнии. Развалины старого города. Гора Трахи и город Кафия. Могила Аристократа. Источник Тенеи. Кафиатский камень. Местечко Карии
    1. В Орхоменской области, налево от дороги, ведущей от Анхизий, на склоне горы стоит святилище Артемиды Гимнии (чествуемой гимнами). И мантинейцы принимают участие... жрицу и жреца, которые в течение всей своей жизни должны соблюдать чистоту не только в половых сношениях, но и во всем остальном; ни в их купальнях и омовениях, ни в остальном образе жизни они не похожи на остальных людей; они даже не входят в дома частных лиц. Я знаю другой такой же случай, когда подобную жизнь, но не свыше года, проводят у эфесцев те, которые становятся гистиаторами (принимающими гостей) Артемиды Эфесской. Согражданами они называются эссенами (1). Празднество в честь Артемиды Гимнии совершается ежегодно.
    2. У жителей Орхомена древний город был на вершине горы, и там остались еще развалины площади и стен. Ныне обитаемый город находится внизу, за чертой древней стены. Заслуживают осмотра здесь источник, из которого жители получают воду, и храмы Посейдона и Афродиты; их статуи сделаны из мрамора. Совсем рядом с городом есть деревянное изображение (ксоанон) Артемиды; оно стоит в дупле большого кедра, и от этого кедра самую богиню называют Кедреатис (Кедровая). Под городом на некотором расстоянии друг от друга навалены кучи камней; они сложены здесь в честь воинов, павших на войне. Но с кем из других жителей Пелопоннеса воевали они или с кем из самих аркадян, этого не указывают ни надписи на могилах, ни сами орхоменцы не помнят об этом.
    3. Напротив города есть гора Трахи (с остроконечными камнями). Вода от дождя, протекая по глубокому оврагу, лежащему между городом и горой Трахи, сливается на другую орхоменскую долину. Эта долина по величине довольно значительна, но большая ее часть составляет болото. Если выйти из Орхомена и пройти стадия три, то <дорога разделяется>: прямая дорога ведет к городу Кафии, вдоль этого самого оврага, а за ним налево мимо болота; другая же дорога, если перейти через протекающую по этому оврагу воду, идет под самой горой Трахи.
    4. На этой дороге прежде всего встречается могильный памятник Аристократа, который некогда, изнасиловав, опозорил деву-жрицу богини <Артемиды> Гимнии. За могилой Аристократа есть источники, так называемые Тенеи, а в стадиях семи от этих источников местечко Амил; говорят, здесь некогда был город того же названия.
    5. В этом месте дорога вновь разветвляется на две части: одна из их ведет к Стимфелу, другая же в Феней. По дороге в Феней поднимается гора; на этой горе сходятся границы земель орхоменцев, фенеатов и кафиатов. Над тем местом, где находятся эти границы, подымается высокая обрывистая скала; скалу эту называют «кафиатским камнем». Если перейти место стыка названных областей, то внизу есть овраг, и через него дорога ведет в Феней. Приблизительно на середине оврага вода из родника бьет кверху а на конце оврага находится местечко, называемое Карии.
    Примечания
    1   Эссены, по толкованию древних, обозначало «цари». Дело в том, что жрецы и главным образом жрицы многих святилищ назывались пчелами (например, у Пиндара). Древние всегда говорили не о царице пчел, а о царе, и этот термин перенесен и сюда, на этих представителей жреческой коллегии.

    0

    14

    XIV
    Наводнения в Фенее. Канал Геракла. Город Феней и его достопримечательности. медная статуя Посейдона. Первые литейщики. Могила Ификла. Гермес - главный бог фенеатов. Могила Миртила и сказание о нем. Храм Деметры Элевсинии
    1. Под Кариями лежит фенеатская долина; когда некогда, говорят, произошло здесь наводнение, то древний Феней был затоплен, так что и до наших дней на горах остались отметки, до которых, говорят, поднялась тогда вода (1). Стадиях в пяти от Карий находится гора, называемая Ориксис (Выкапывание), и другая гора Скиатис (Гора, покрытая тенистым лесом). Под каждой горой есть глубокая пропасть, куда вливается вода с равнины.
    2. Фенеаты говорят, что эти пропасти сделаны человеческими руками и что сделал их Геракл, живший тогда в Фенее у Лаономы, матери Амфитриона; по их словам, Амфитрион родился у Алкея от Лаономы, дочери Гунея, родом фенеатянки, а не от Лисидики, дочери Пелопса. Если правильно предание, что Геракл жил у фенеатов, то можно думать, что, изгнанный Эврисфеем из Тиринфа, он не сразу отправился в Фивы, а сначала пришел в Феней.
    3. Посредине фенеатской равнины Геракл вырыл канал, чтобы он служил руслом для реки Ольбия, другие аркадяне называют его Ароанием, а не Ольбием. Длина выкопанного канала - стадий 50, а глубина, там, где он не обвалился, доходит до 30 футов. Однако река уже больше не течет по этому пути, но вновь вернулась в прежнее русло, покинув канал, сделанный Гераклом.
    4. На расстоянии 50 стадий от провалов, сделанных под вышеназванными горами, находится город Феней; основателем его фенеаты называют местного жителя автохтона Фенея. Акрополь этого города стоит на отвесной со всех сторон скале; его укрепления по большей части естественные, лишь в небольшой части они созданы искусственно, в целях безопасности. В этом Акрополе есть храм Афины, именуемой Тритонией, но от него остались только развалины. Здесь же стоит и медная статуя Посейдона, с эпитетом Покровитель коней. Говорили, что эту статую Посейдона посвятил Одиссей: у Одиссея пропали лошади; отыскивая их, он обходил всю землю эллинов, и там, где он их нашел в земле фенеатов, он основал храм в честь Артемиды и назвал ее Находительницей коней (Гевриппой), посвятил и статую Посейдону Покровителю коней. Говорят, когда Одиссей нашел здесь своих коней, ему пришло на ум держать своих лошадей в стране фенеатов, подобно тому как коровы паслись у него на материке напротив Итаки. И фенеаты показывали мне надпись на пьедестале статуи - она обозначала какой-то приказ Одиссея пастухам, наблюдавшим за его конями (2).
    5. Во всем остальном я соглашаюсь с рассказом фенеатов, но я никак не могу поверить им, что Одиссей посвятил эту медную статую: ведь тогда не умели еще делать цельных статуй из одного куска меди, подобно тому как умели ткать цельные одежды (3). Способ изготовления ими медных изображений я указал еще раньше при описании Спарты, когда я говорил о статуе Зевса Всевышнего (III, 17,6). Первыми, кто стал плавить медь и выливать статуи, были Ройк, сын Филея, и Феодор, сын Телекла, родом с Самоса (4). Работой Феодора была и печать на смарагдовом камне, которую так охотно носил Поликрат (5), тиран острова Самоса, и которой он так исключительно гордился.
    6. Если спуститься с Акрополя города Феней, то попадаешь на стадион и к могиле Ификла, брата Геракла и отца Иолая. Эта могила находится на холме. Эллины рассказывают, что Иолай был участником во многих трудах Геракла. Когда Геракл в первый раз вступил в сражение с элейцами и с Авгием, то Ификл, отец Иолая, был тогда ранен сыновьями Актора, которых по имени матери Молины называли <молинидами> (V, 2,1). Его близкие принесли его, страдающего от раны, в Феней. Здесь радушно и сочувственно встретили его местный житель Буфаг и жена Буфага, Промна, и, когда он умер от раны, похоронили его. И до этого времени фенеаты приносят жертвы Ификлу как герою.
    7. Из богов фенеаты почитают больше всего Гермеса и устраивают в его честь игры, Гермеи; у них есть храм Гермеса и его мраморная статуя, работы афинянина Эвхейра, сына Эвбулида (I, 2,5) (6). Позади храма находится могила Миртила. Об этом Миртиле говорят, что он был сыном Гермеса и был возницей у Эномая. Когда кто-нибудь приходил свататься за дочь Эномая <Гипподамию>, то Миртил обычно искусно управлял конями Эномая, и Эномай во время этой скачки, догнав других коней, убивал копьем жениха. Сам Миртил любил Гипподамию, но, не осмеливаясь вступать в состязание, он подчинялся ему и служил у Эномая возничим. В конце концов он, говорят, оказался предателем Эномая, обманутый теми клятвами, которые дал ему Пелопс, будто он разрешит ему провести одну ночь с Гипподамией. Когда же он <после победы Пелопса> напомнил ему об этих клятвах, то Пелопс сбросил его с корабля в море. Говорят, что его труп был выброшен прибоем на берег, и фенеаты взяли труп Миртила и похоронили его, и каждый год ночью приносят ему жертвы <как герою>.
    8. Ясно, что Пелопс совершил не большое плавание вдоль берега, а проехал только пространство от устья Алфея до гавани элейцев. Таким образом, Миртойское море (7), повидимому, названо не от Миртила, сына Гермеса, именно то, которое, начинаясь от Эвбеи, проходит мимо пустынного острова Елены и спускается в Эгейское море. Но мне кажется, что те из эвбейцев, занимающихся исследованием древнейших преданий, более правы, утверждая, что название Миртойскому морю дано от имени некоей женщины Мирто.
    У жителей Феней есть храм Деметры, называемой Элевсинской. В честь этой богини они совершают мистерии; они утверждают, что и у них совершаются такие же мистерии, какие совершаются в Элевсине; ибо, говорят они, к ним, согласно вещанию из Дельф, прибыл Наос (8), а этот Наос был потомком в третьем колене Эвмолпа.
    Примечания
    1   Фенеатская долина не раз подвергалась наводнениям и затоплению, как об этом, кроме Павсания, рассказывают Феофраст («История растений», III, 1,2), Эратосфен, Плиний, Плутарх и мн. др.; эти наводнения иногда делали (даже в новейшее время) данную долину озером. Причина этого явления – те землетрясения, которые производили обвалы, а иногда и совсем закрывали те водоотводные пропасти под горой, о которых рассказывает Павсаний.
    2   Весь этот рассказ об Одиссее является отзвуком древних легенд о том, что Одиссей был сам родом из Аркадии и почитался там как Посейдон – покровитель коней, а не бог моря. Позднейший мотив вражды Посейдона к Одиссею (см. Одиссею) характерен при таких расчленениях первоначально единого образа.
    3   Данное место вызвало массу толкований и неверных переводов.
    Основываясь на сравнении с платьем, немецкий переводчик Шубарт находил это место непонятным и считал нужным сделать ряд вставок; послушно за ним пошел и старый русский переводчик Янчевецкий. Но у Павсания в обоих местах совершенно ясно, что вся сила сравнения лежит в понятии цельности.
    4   О Ройке и Феодоре Павсаний говорит еще во многих местах, допуская ряд неточностей. Эти противоречия хотели сгладить созданием другого Феодора, сына Телекла и внука Ройка, но получился абсурд: внук явился сотрудником деда!
    5   Рассказ о знаменитом Поликратовом перстне есть у Геродота, III, 41. О нем говорит Климент Александрийский, сообщая, что на нем была выгравирована лира; говорит и Плиний (XXXVII, 4), что он хранился в храме Конкордии (Согласия) в Риме (ср. другое место Плиния, XXXIV, 83). По предложению Бенндорфа, эта печать- перстень была скарабеем, присланным Поликрату фараоном Амазисом.
    6   Об этом скульпторе Эвхейре, по литературным данным, мы знаем только из Плиния (XXXIV, 91), но довольно много по надписям. Относится он к раннеимператорской эпохе. Его Гермеса мы можем признать в изображениях на монетах.
    7   Миртойским море названо по имени острова Миртоса (см. Плиний, IV, 51).
    8   Имя «Наос», повидимому, имеет отношение к построению нового храма (по-гречески храм: наос), как начало нового религиозного культа.

    0

    15

    XV
    Почитание Деметры Элевсинской в Фенее. Так называемая Петрома. Достопримечательности на дороге по направлению к Пеллене и Эгейре. Теламон и Халкодон - спутники Геракла в его походе против Элиды. Границы области Фенея и Ахайи. Гора Крафис и святилище Артемиды Пиронии
    1. Около святилища Деметры Элевсинской находится так называемая Петрома - «творение из камня» (1); это два огромных камня, приложенных один к другому. Каждый второй год те, кто совершает мистерии, называемые ими Большими, открывая эти камни, вынимают оттуда письмена, касающиеся совершения этих мистерий, громко прочитывают их в присутствии посвященных и той же ночью вновь кладут их обратно. Я знаю, что многие из фенеатов в очень важных случаях даже клянутся этой Петромой. На ней находится круглая покрышка, а в ней хранится маска Деметры Кидарии (со священной повязкой). Надев на себя эту маску во время так называемых Больших мистерий, жрец поражает подземных <демонов, ударяя в землю> жезлом. Думаю, что этот обычай можно объяснить следующим существующим сказанием. У фенеатов есть предание, что еще раньше появления у них Наоса... ведь и сюда пришла в своих блужданиях Деметра. Те из фенеатов, которые приняли ее гостеприимно в своем доме, получили от богини в подарок семена стручковых растений, только бобов она им не дала. По этому поводу у них есть тайное священное сказание, в силу которого у них считаются нечистыми семена бобов (2). По преданию фенеатов, те из них, которые приняли богиню, Трисавл и Дамифал, выстроили на горе Киллене храм Деметры Фесмии (Дающей законы), учредили в ее честь и мистерии, которые совершаются и доныне. Этот храм Деметры Фесмии находится приблизительно в 15 стадиях в стороне от города.
    2. Если из Фенея итти в города Ахайи, Пеллену и Эгиру, то, пройдя 15 стадий, встретишь храм Аполлона Пифийского. От него остались только развалины и огромный жертвенник белого мрамора. Еще и теперь фенеаты приносят на нем жертвы Аполлону и Артемиде. Говорят, что этот храм воздвиг Геракл, когда завоевал Элиду.
    3. Есть там и могилы тех героев, которые, приняв участие вместе с Гераклом в походе на элейцев, не вернулись живыми домой после этой битвы. Теламон похоронен у самого берега реки Ароания, немного дальше за храмом Аполлона, а Халкодонт - недалеко от источника, называемого Эноей. Но никто не мог бы согласиться, что в этом сражении пали <Халкодонт>, отец Элефенора, поведшего под Илион эвбейцев, и <Теламон>, отец Аякса и Тевкра. Ведь как мог бы Халкодонт помогать Гераклу, участвуя в этом походе, когда он еще раньше был убит Амфитрионом, на что есть доказательства, вполне достоверные в Фивах; и как мог бы Тевкр быть основателем города Саламина на Кипре, если бы никто, по возвращении его из Трои, не изгнал бы его из родной земли? И кто другой, кроме Теламона, мог бы его изгнать? Ясно, что не Халкодонт из Эвбеи и не Теламон эгинский участвовали в походе с Гераклом против элейцев: славные имена носили лица малоизвестные - так бывает еще и в наше время, было так и во все прежние времена.
    4. Земли фенеатов соприкасаются с Ахайей не в одном каком-нибудь месте, но по направлению к Пеллене границей служит так называемый Порин, а по направлению к Эгире - так называемое место «К Артемиде». За храмом Аполлона Пифийского, пройдя немного по фенеатской земле, попадешь на дорогу, которая ведет к горе Крафису. На этой горе находятся истоки реки Крафиды; эта река течет в море, впадая около Эг. В мое время это было пустынное место; в более древние времена оно было городом ахейцев. От имени этой реки называется и река Крафида в Италии, в земле бруттиев. На горе Крафисе находится святилище Артемиды Пиронии (Огневицы); еще в древнейшие времена аргосцы брали у этой богини огонь для своих <жертвоприношений во время> Лернейских празднеств (II, 36,7).
    Примечания
    1   Петрома, по мнению Курциуса, огромный складывающийся диптих, вроде капитолийского мраморного ларца, о котором рассказывает Дионисий Галикарнасский (IV, 62).
    2   Бобы были запретным питанием для пифагорейцев, для жрецов в Элевсине (I, 37,4); об этом говорится и в индийских ведах. Повидимому, это запрещение было связано с тем, что бобы употреблялись при погребениях.

    0

    16

    XVI
    Гора Геронтейон. Трикрены. Могила Эпита. Могила Мавзола в Галикарнасе и Елены в Иерусалиме
    1. Если направиться из Фенея на восток, то тут идет горный хребет Геронтейон и через него дорога. Этот Геронтейон является границей Фенеатской области со стимфалийцами. Если итти налево от Геронтейона все еще по фенеатской земле, то встречаются фенеатские горы, так называемые Трикрены (Три источника); и действительно, на них есть три источника. Говорят, что в них горные нимфы купали новорожденного Гермеса, и поэтому эти источники считаются посвященными Гермесу.
    2. Недалеко от Трикрен есть другая гора по имени Сепия (Змеиная гора, см. 4,7); говорят, что здесь скончался Эпит, сын Элата, от укуса змеи; его тут и похоронили, так как им было невозможно нести его труп дальше. Аркадяне говорят, что такие змеи водятся здесь в горах еще и в настоящее время, но их немного, даже можно сказать, что они встречаются очень редко. Так как гора большую часть года покрыта снегом, одни из этих змей, захваченные снегом вне своих нор, погибают, а если им и удалось раньше уползти в свои норы, все же снег губит часть их, так как ведь мороз проникает в их норы. Эту могилу Эпита я рассматривал с особенным интересом, потому что Гомер в своих песнях, где он касается аркадян, упоминает и об этой могиле Эпита (Илиада, II, 604). Действительно, это небольшая земляная насыпь, обнесенная кругом оградой из камня. Естественно, что она могла вызвать удивление Гомера, так как другой более замечательной могилы он не видал. Равным образом и хоровод, сделанный Гефестом на щите Ахилла (Илиада, XVIII, 591), он сравнивает с хороводом, изображенным Дедалом, так как более художественного произведения искусства он не видал. Я видел много замечательных могил, заслуживающих осмотра, упомяну о двух из них: одна на Галикарнасе, а другая в столице евреев. Та, которая возведена на Галикарнасе, в честь бывшего тут царем Мавзола, таких больших размеров и так восхитительна по своей отделке и стилю, что даже римляне пришли в величайшее удивление от нее и замечательные памятники в своей стране называют мавзолеями. У евреев, в городе Иерусалиме, который римский император разрушил до основания, есть памятник местной жительницы Елены (Иосиф Флавий, Иудейские древности, XX, 2,5). В этой гробнице сделано следующее механическое устройство: двери этого сооружения, сделанные, как и вся эта могила, из камня, нельзя открыть раньше, чем не наступит каждый год определенный день и час; тогда благодаря этому механизму она сама отпирается и, оставшись некоторое, небольшое время открытой, сама собой запирается. Так происходит это в точно установленное время; если же попытаться открыть ее в другое время, то сделать это не удалось бы, и, желая сделать это насильственно, ты скорее мог бы ее разбить.

    0

    17

    XVII
    Гора Киллена и Гермес Киллений. Различные породы дерева, которые древние употребляли для резных изображений. Белые дрозды и другие белые животные. Гора Хелидорея. Город Нонакрис и вода Стикса
    1. За могилою Эпита находится высочайшая из гор Аркадии Киллена, и на вершине горы находится разрушенный храм Гермеса Килления. Ясно, что и название горе и эпитет богу даны от имени Киллена, сына Элата.
    2. В древности у людей, насколько я мог исследовать, были в ходу для выделки деревянных изображений следующие породы деревьев: черное дерево, кипарис, кедр, дуб, тис и лотос. Статуя же Гермеса Килления не сделана ни из одной из этих пород, а из туи (можжевельника). На-глаз она приблизительно в 8 футов.
    3. Гора Киллена представляет еще следующее чудо: на ней водятся совершенно белые дрозды. Те птицы, которых беотийцы называют белыми дроздами, принадлежат, повидимому, к другой породе, не певчей. Так называемых "лебединых" орлов, названных так за свою белизну, делающую их почти похожими на лебедей, я знаю на Сипиле, и я сам их видел на так называемом озере Тантала. Белых диких свиней и белых медведей из Фракии могли и раньше приобретать себе даже и частные лица. Что касается белых зайцев и оленей, то белые зайцы водятся в Ливии; белых же оленей я сам видел в Риме, и, увидав их, я удивился, но мне не пришлось спросить, откуда они доставлены - с материка или с островов. Но довольно об этом: я начал говорить об этом по поводу белых дроздов на горе Киллене, чтобы ни у кого не вызвать подозрения своими словами относительно их цвета.
    4. К горе Киллене примыкает другая гора, Хелидорея, где, говорят, Гермес нашел черепаху, содрал с нее крышку и из нее сделал лиру. Здесь границы земли фенеатов и жителей Пеллены; большей частью горы Холидорея владеют ахейцы.
    5. Если итти из Фенея на запад «к солнцу заката», то левая из дорог ведет в город Клейтор, а по правой приходишь к городу Нонакрису и к водам Стикса. В древности городок Нонакрис принадлежал аркадянам и получил свое названием от имени жены Ликаона. В мое время это были уже развалины, да и их по большей части уже не видно. Около этих развалин поднимается высокая отвесная скала; я не видел другой такой же скалы, которая поднималась бы так высоко. И по этому отвесу струится вода: эту воду эллины называют Стиксом.

    0

    18

    XVIII
    Поэты о Стиксе. Чудесные свойства воды Стикса. Ароанийские горы. Прежний город Лисы, где Меламп вылечил дочерей Пройта
    1. Гесиод в своей поэме «Феогония» – есть много лиц, которые считают, что эта поэма принадлежит Гесиоду, – говорит, что Стикс была дочерью Океана и женою Палланта. Говорят, что нечто подобное в своих поэмах сообщает и Лин; но лично я их читал и считаю их во всяком случае подложными. Критянин Эпименид тоже в своих поэмах сказал, что Стикс была дочерью Океана, но была женою не Палланта, а Перанта (кто бы он ни был) и что от него родила Эхидну. Особенно часто имя Стикса упоминает Гомер в своих поэмах. Так, при клятве Геры он говорит (Илиада, XV, 36):
    «Будьте свидетели мне, о земля, беспредельное небо,
    Стикса текущие каплями воды, великая клятва.»
    Он это так сказал, как будто бы сам видел медленно капающую воду Стикса. Также и при перечислении спутников Гунея (Илиада, II, 751) он хочет указать, что воды реки Титаресия берут свое начало от Стикса. По его поэмам, воды Стикса есть также и в Аиде, и Афина, говоря, что Зевс забыл, как благодаря нее Геракл спасся при совершении подвигов, возложенных на него Эврисфеем, выражается так (Илиада, VIII, 366):
    «Если б я прежде умом проницательным то предузнала
    В дни, как его Эврисфей посылал во Аид крепковратный
    Пса увести из Эреба, от страшного бога Аида
    Он не избегнул бы гибельных вод глубокого Стикса.»
    2. Вода, которая капает с утеса у Нонакрии, падает прежде всего на другую высокую скалу, и, пройдя через эту скалу, она стекает в реку Крафис. Смерть несет эта вода и человеку и всякому другому живому существу. Говорят, что от нее погибли и козы, которые впервые напились этой воды. С течением времени были замечены и другие приводящие в изумление свойства этой воды. Стекло, хрусталь, миррины и другие вещи, которые люди делают из камня, все сосуды из обожженной глины лопаются от воды Стикса. Изделия роговые и костяные, железо и медь, свинец и олово, серебро и янтарь – все они разъедаются этой водой. Наряду со всеми остальными металлами испытывает то же самое и золото. А ведь мы имеем свидетельство лесбосской поэтессы, да и само золото доказывает это, что оно не боится ржавчины. Но в то же время божество дает силу вещам самым презренным побороть то, что намного превосходит из качеством. Так, жемчуг растворяется в уксусе, а алмаз (адамант), самый крепкий из камней, плавится в козьей крови. Даже сама вода Стикса не может одолеть одно только лошадиное копыто, но, влитая в него, держится в нем и не разъедает его. Лично я не могу знать достоверно, но знаю, что говорят, будто и Александр, сын Филиппа, нашел конец своей жизни от этого яда.
    3. За Нонакрис идут так называемые ароанские горы; в них есть пещера. Говорят, что в эту пещеру убежали дочери Пройта, сойдя с ума; впоследствии Меламп таинственными жертвоприношениями и очищениями вернул их в местечко, называемое Лусы. Большею частью ароанских гор владеют фенеаты, но Лусы находятся уже в пределах клейторийцев. Говорят, Лусы некогда были городом и когда амфиктионы устроили одиннадцатые Пифийские игры, то лусиец Агесил был провозглашен победителем на состязании в <скачках> на жеребцах; в мое время не осталось даже развалин Лус. Когда Меламп заставил дочерей Пройта спуститься в Лусы, он исцелил их в храме Артемиды; вследствие этого клейторийцы называют эту Артемиду Гемерасией (Укрощающей) (1).
    Примечания
    1   Сцена с дочерьми Пройта и храм Артемиды Гемерасии с ее статуей изображены на неаполитанской вазе.

    0

    19

    XIX
    Город Кинефы и его достопримечательности; источник Алисс. Дорога на Клейтор и Ликурию
    1. Есть здесь и другое племя, тоже аркадяне родом; называются они кинефийцами; это те, которые посвятили в Олимпию (V, 22,1) статую Зевса, держащего молнии в той и другой руках. Эти кинефийцы живут более чем на 40 стадий от..., и на их площади воздвигнуты жертвенники богов и стоит статуя императора Адриана. Самым замечательным в Кинефе является храм Диониса и праздник, совершаемый ими в его честь зимою. Во время этого праздника мужчины, намазавшись маслом, подняв себе на плечи, несут в храм быка, взяв его из стада, а какого - это указывает им сам бог. Вот как совершается у них жертвоприношение.
    2. Есть там, приблизительно в стадиях в двух от города, источник холодной воды, а над ним растет платан. Если кто бывает укушен или подвергается другой какой-либо опасности со стороны бешеной собаки, он получает исцеление, выпивши воды этого источника. Поэтому этот источник называется Алиссон (Исцеляющий бешенство). Таким образом, в Аркадии один источник около Фенея, который называется Стиксом, является гибельным для людей, а другой, у Кинефы, являясь целительным, служит как бы противовесом злу, производимому первым.
    3. Из дорог, которые ведут к западу от Финея, остается левая. Эта дорога ведет в Клейтор и идет вдоль того канала, который сделан Гераклом, чтобы служить руслом для реки Ароания. Идя вдоль этого канала, дорога спускается к местечку Ликурии, которая является границей земли фенеатов и клиторийцев.

    0

    20

    XX
    Ладон и его источники. Предание о Дафне и Левкиппе
    1. Если пройти стадий 50 от Ликурии, то придешь к истокам реки Ладона. Я слыхал, что вода, застаивающаяся в фенеатской долине, пройдя Ладона. Я слыхал, что вода, застаивающаяся в фенеатской долине, пройдя внизу под горами по провалам, вновь появляется здесь наружу и образует истоки реки Ладона. Но так ли это в действительности или нет, этого я не могу сказать точно. Ладон из всех рек Эллады является по воде самой красивой; она славится также среди людей и по другому случаю, [а именно, ради сказания о Дафне]... то, что воспевается о Дафне. Из сказания о Дафне одни предания я оставляю в стороне, те, что распространены у сирийцев, живущих на реке Оронте; и расскажу, как об этом передается аркадянами и элейцами. У Эномая, бывшего правителем в Нисе, был сын Левкипп. Этот Левкипп был влюблен в Дафну, но не имел надежды взять ее в жены, сватаясь за нее открыто, так как она избегала всякого знакомства с мужчинами. Тогда он придумал против нее следующую хитрость. Левкипп отращивал свои волосы, собираясь принести их в дар Алфею. Так вот, заплетя их, как делают девушки, и надев женский наряд, он пришел к Дафне, а придя, выдал себя за дочь Эномая, говоря, что хочет охотиться вместе с Дафной. Так как он выдавал себя за девушку и превосходил всех других девушек знатного рода и искусством в охоте и, кроме того, проявлял к Дафне исключительную услужливость, то он вошел в сильную дружбу с Дафной. Поэты, воспевающие любовь Аполлона к Дафне, прибавляют к этому, что Аполлон почувствовал ревность к Левкиппу вследствие его счастья в любви. Как-то Дафна и другие девушки вдруг пожелали купаться в Ладоне и заставили Левкиппа раздеться против его воли. Увидав, что он не девушка, убили его, поражая копьями и ножами. Так они рассказывают об этом.

    0

    Похожие темы

    2013-03-28